На главную
 

Беззубая женщина с небритой ногой

 

 

 

 

 

С улицы раздался крик:

– Макс! Макс, выходи!

Я выглянул в окно, и увидел Валдайского. Валдайский стоял посередине тротуара, и радостно, но с трудом махал мне рукой. Он был пьян. Проходящая мимо тётка огрела Валдайского по спине сумкой, потому что Валдайский мешал ей пройти, но Валдайский не обратил на это внимания. Он обернулся тётке вслед, расслаблено улыбаясь. Потом снова стал махать мне.

иллюстрация: Алиса Юфа

 

 

- Сейчас, - крикнул я, и пошел одеваться. Валдайский не пил, и вообще был приличным человеком. Поэтому спустившись, я сразу спросил, что случилось.

- Я расстался с Клавдией.

- Наконец-то!

- Да. Я счастлив, - сказал Валдайский. – Впервые за долгие годы я счастлив. Пойдем бухать по барам!

Долгие годы было преувеличением. Валдайский встречался с Клавдией полгода. Они познакомились в Нижнем Тагиле, где Валдайский, виртуоз-балалаечник, был с концертом. Клава, вдова местного предпринимателя, влюбилась в Валдайского с первого взгляда, и пришла за кулисы с цветами. Они выпили по бокалу шампанского, и продолжили у Клавдии дома.

Клавдия, даже без туфлей с каблуком, была выше Валдайского на голову. Она любила пересказывать низким голосом анекдоты о композиторах, и делать своим пухлым ртом, с усиками над верхней губой, нежное сердечко. В ресторанах Клавдия заказывала редкие блюда и обмахивалась веером. Веером любили обмахиваться все женщины Валдайского. Это была его карма.

- Конечно, пойдем - ответил я. Мы пошли вдоль улицы.

- Сегодня у тебя очень смешная походка, - сообщил я Валдайскому.

- Я делаю её из двух грустных, - сказал Валдайский шепотом, и остановившись, прислушался. Из кармана Валдайского раздался дребезжащий звук. Валдайский вытащил телефон:

- Извини. Сейчас, только отвечу ей.

- Кому?

- Клавдии.

- Если ты ей пишешь, значит вы не расстались. Когда расстаются, уже ничего не пишут.

- Это она мне пишет, я ей только отвечаю. – Валдайский вдруг рассмеялся. – Всё же Клавдия поразительно остроумный человек. Посмотри, что она написала.

Валдайский протянул мне светящийся телефон, но тут же отдернул назад:

- Ой. Прости, это слишком личное.

Я успел прочитать несколько слов: шалунишка и разминай язычок.

- Послушай, Валдайский, - сказал я. – Ты ведь уже здорово пьян. Может, нам не стоит пить?

- Нет-нет. Нам надо пить. Иначе, когда Клавдия прилетит, она меня найдет.

- Она летит сюда? Из Тагила?

Валдайский оглянулся по сторонам, и кивнул головой:

- Летит со своей братвой. С этими тагильскими отморозками. Они пригрозили мне, что вырвут ноги. Что я не должен расстраивать Клаву. Но мне не страшно. Я счастлив и свободен.

 

***

 

В баре было шумно, и сесть у освещенной стойки не удалось. Хотя, в полумраке зала Валдайский чувствовал себя спокойнее. Я заметил, что он наблюдает за входом. Возможно, у Валдайского был план на случай, если в дверях вдруг появится Клавдия.

Мы взяли два двойных виски, и сели за столик.

- Свобода? – спросил я.

- Свобода! – ответил Валдайский.

Мы чокнулись, и выпили.

Официантка с усталым лицом и добрыми глазами подошла к нам, и поставила на стол шампанское в ведёрке:

- Ребята, это вам вон от тех девочек.

Мы посмотрели в зал, и увидели двух блондинок. Они улыбались нам, и махали руками.

- Пиздец, какие страшные. – сказал Валдайский. - Смотри, у одной совсем нет зубов!

- Ну и что? Тебе когда-нибудь делала минет беззубая женщина? Мне друг рассказывал. Когда его жена вставляла новые зубы, он узнал, что это такое. И был в восторге. Только это длится не долго. После удаления старых зубов – всего два дня перерыв, а потом сразу привинчивают на штифты новые.

- Посмотри, они ещё машут?

- Машут. Лица-то у них приятные, доброжелательные.

- Вот, что ты вообще находишь в блондинках? – спросил Валдайский.

- Как что? Они всегда весёлые. Смеются такими нежными голосочками. И волосы, их золотистые волосы. Они же настоящие ангелы.

- Да. С брюнетками тоже есть проблемы.

- Какие?

Валдайский не отвечал. Он положил голову на руку, и засыпал на глазах.

Я спросил опять:

- Какие есть проблемы с брюнетками?

Валдайский посмотрел на меня, и с трудом подняв голову, ответил:

- У них ноги волосатые!

Глаза Валдайского закрывались. Он снова уронил голову на руку, и уснул. Я помахал блондинкам, чтобы они подсаживались.

 

***

 

Пока блондинки шли к нашему столику, на них смотрел весь бар. Они оказались балеринами, а походку и пластику балерин никогда не спутаешь с другими.

Мы познакомились. Блондинку без зубов звали Настя, она улыбалась, и мало говорила.

Вторая, Катарина, стала рассказывать о гастролях, с которых они вернулись:

- Сначала нас поселили в какой-то халупе, один душ на коридор, но мы уперлись рогом, сказали, что не выйдем на сцену. Только тогда переселили, а переселили в люксовые номера, других не было. Два спектакля в день, жара, ну и мы на радостях, что, наконец, попали в Мексику, на второй день перепились. Как мы танцевали, надо было видеть. Падали всё время, это была такая ржака, жаль, никто не заснял. Но в Мексике публика не привередливая.

- Они ничего не поняли, - вставила Настя, и прикрывая рот рукой, засмеялась.

- Конечно, они решили, что Кармен по роли слегка подбухнула, вот и катается по сцене.

Настя и Катарина снова засмеялись. Валдайский поднял голову. Он посмотрел на Катарину и Настю, и сказал:

- Ангелы. Вы ангелы.

И снова уснул.

- Я же его знаю, - сказала Катарина, глядя на Валдайского. - Видела по телевизору! Это Гордон!

- Ты что, Гордон умнее!

- Тогда Петросян!

- Петросян старше!

- Но, похож же.

- Похож, но это не он. Максим, скажи уже, кто твой друг?

- Он знаменитый виртуоз-балалечник.

- Да! Точно! Синайский!

- Нет, Синопский!

- Не вспомнить, не вспомнить.. Валаамский!

- Валдайский.

- Да!

- А где он?

Мы повернулись в сторону Валдайского, но за столом его уже не было. Зато к нашему столику быстрым шагом приближалась Клавдия.

- Ну и шлюх вы себя нашли, - сказала презрительно Клавдия, и сложила губы жестким сердечком. Настя закрыла лицо руками, и Катарина стала гладить её по спине, успокаивая.

- Клавдия, полегче, мы не имеем отношения к твоим шуры-муры с Валдайским, - сказал я.

- Тебе слова не давали, - подчеркнуто ласково cказала Клавдия.

За спиной Клавдии стояли неприятные хмурые люди. Один из них предусмотрительно предложил Клавдии стул. Клавдия, не торопясь, села.

- Знаешь, Валдайский, - сказала Клавдия. Глядя куда-то вверх, она достала веер, и раскрыла его небрежным движением. – Однажды Стравинский вместе с Римским-Корсаковым присутствовал на спектакле Аренского "Сон на Волге". Для создания соответствующей атмосферы Аренский использовал бас-кларнет, что, по словам Стравинского, вылилось в фарс. Римский-Корсаков по этому поводу сказал Стравинскому:

- Благородный бас-корнет не должен использоваться столь позорным образом! Живо вылезай из-под стола!

 

Валдайский вылез, и стал отряхиваться.

 

- И что ты только в нем нашла, Клава, - сказал один их хмурых людей, покрепче ухватывая Валдайского за шиворот.

Клавдия оглядывала зал, и элегантно обмахивалась веером.

 

- Грузите его в машину, – приказала она. - А с тобой я ещё разберусь, - пообещала Клавдия, сложив веер, и наставив его на меня, как пистолет.

 

 

***

 

В баре снова стало шумно.

- Не расстраивайся, Настя, - сказал я. – Клавдия же из ревности это говорит, и так себя ведёт.

У Насти по щеке текла слеза, но она улыбнулась:

- Правда?

- Конечно. Ты потрясающая. Красивая и весёлая. Я всегда мечтал, чтобы у меня была такая девушка.

Катарина глубоко вздохнула, и стала снимать сумку со спинки стула:

- Пожалуй, пересяду к стойке, мне уже давно подает знаки тот бармен.

- С закручеными усами? – спросил я. – Он мой приятель. Кстати, из профессорской семьи.

- Вот-вот. Реальный человек. А здесь, как я вижу, начинается размазывание розовых соплей.

Катарина пошла к стойке, и весь бар снова затих, наблюдая за ней.

- Ты не пошутил, Максим? – спросила Настя. - Ты хочешь, чтобы я была твоей девушкой?

- Хочу.

- И мы сейчас пойдем к тебе?

- Да.

Настя засмеялась.

- Почему ты смеёшься?

- Ну, как можно хотеть, чтобы такое беззубое существо стало твоей девушкой?

- А меня не смущает. Пойдем.

Мы встали, и помахали Катарине. Катарина болтала с барменом, держа в руке бокал с вином. Катарина показала нам козу, развернув её пальцами к уху и губам. Бармен показал вилкой из пальцев, что смотрит на нас, а потом большой палец. Я показал ему на Катарину, а потом, как пишу что-то по воздуху. Бармен отрицательно покачал головой, наставил палец на себя, и показал ок.

 

***

 

На улице я взял Настю за руку, и мы пошли.

- Я буду твоей девушкой?

- Да. Уже.

- Поверить не могу, я этого и хотела! Неужели так бывает? – Настя улыбалась.

- Хотела?

- Я пришла сегодня с Катариной, чтобы посмотреть на тебя. В прошлые выходные видела, как ты заходишь в этот бар.

- Понятно.

Мы дошли до угла, и в этот момент высокий черный джип, похожий на катафалк, поднесся к нам, и скрипя тормозами, стал поворачивать. Задняя дверца джипа открылась, и мы увидели перепуганное и восторженное лицо Валдайского. Валдайский закричал:

- Макс! Макс, помоги!

Чья-то властная рука оттянула Валдайского вглубь салона, и дверца захлопнулась. Джип умчался.

 

***

 

Настя остановилась в задумчивости.

— Максим, я не могу с тобой пойти.

— Почему? Что случилось?

— Ты не поймешь.

— Я пойму.

— Я совсем забыла. У меня одна нога не брита.

— Ну и что? А почему ты её не побрила? Торопилась?

Настя стала хохотать.

— Нет. Я не могу сказать. Ты не поймешь!

— Если не пойму, тоже ничего страшного.

— Хорошо. Просто так уютнее спать. Как будто ты не одна. Понимаешь?

— Так я читал об этом. Девушки оставляют ногу небритой, чтобы, когда станет грустно, гладить её и думать, что у них есть кот.

Настя снова засмеялась:

— Так тебя не смущает небритая нога? Одна. Вторая побрита.

— Не смущает!

— Да что ты во мне нашёл? Объясни!

— Ты весёлая, смеёшься нежным голосом, и твои волосы, у тебя такие прекрасные волосы, они же просто золотые.

— Хочешь, распущу их?

— Подожди. Я сам!

Я стянул колечко с волос Насти, и она стала мотать головой, чтобы волосы легли ровно. Свет от фонаря падал на Настю и разлетался вокруг золотыми брызгами, а я думал, невероятно, как это некоторые люди не понимают, за что можно любить блондинок.

 

***